Zeitsinn

texts; insta: https://www.instagram.com/compartia/ + https://www.instagram.com/zeitsinn/

View the Project on GitHub compartia/Zeitsinn

2020-03-22

I

На белой бумаге черная итальянская магия
грабит банки чернил и памяти.
Вселенная, пленница символов,
исполняет любовь под дуду алхимии.

Теперь не имеет значения, любовь истинна или
она — лишь симптом,
эдакий “Стокгольмский синдром”.
Абракадабра мантры в действии.
— Ом шанти ом!

II

Когда плотность чудес, как в кино,
неофобия требует детоксикации:
за шевелюру — на дно —
фокус Мюнхгаузена,
только в противофазе —
спрятать остатки себя в облаках каракатиц,
в кольцах аккреции черных сердец,
за горизонтом соитий уравнивать денствия, ныть
в энергетически-выгодной потенциальной низине,
в омуте амнезии.

Ты могла сделать меня цветком, но
я становлюсь раффлезией.

III

Память доступна на запись и чтение,
удаление же запрещено эпистемой.
Смажь соком из глаз макияж, обнажи
татуаж, покажи, обратима ли
декогеренция побратимов?

Cтих на том берегу войда
запутан с тобою, и, пусть
на какую-то часть он мертв или пуст,
но на другую — сил полон и Луна существует,
пока на нее воет
солипси1st-воин
в электромагнитном поле.

IV

Настройка моего приемника не очень
точна, но я думаю, что реальность —
это радиоволна
и она, разумеется, не одна.
На всех частотах
миротворец Хью Эверетт (пользуюсь случаем)
передает привет.

V

Пока похоже, что это игра,
шахматный шутер от первого лица,
в лабиринтах кроссвордов
вуду-фигуры (и пунктуация),
белый слон уже ест афро-американского короля,
Но, верю я, в одной из вселенных
допустима ничья.


Артем Заборский, 2020